Персональная история русскоязычного мира


Домой greg20111 abv boris Форум Архив форума Блог SQL-Базы DSO-базы Гено-базы Проекты Статьи Документы Книги Чат Письмо автору Система Orphus

Профессоръ Н. Ѳ. Кащенко. Сибирскіе Высшіе женскіе курсы, ихъ положеніе, нужды и надежды.

Томскъ.

Типо-литографія Сибирскаго Т-ва печатнаго дѣла, уг. Дворянской ул. и Ямского пер., соб. д.

1912.

Проф. М. П. Рыбалкинъ.

Проф. М. Э. Янишевскій (во второмъ ряду).

Проф. протоіерей Я. Я. Галаховъ.

Проф. Н. И. Карташевъ, директ. Технол. Инстит. (во второмъ ряду).

Проф. А. В. Лаврскій, первый директоръ курсовъ.

А. В. Поповъ, представитель учебнаго округа.

Проф. В. Л. Малѣевъ (сзади).

Е. Л. Зубашевъ, исправляющій обяз. предсѣдателя общества для доставленія средствъ курсамъ.

Проф. Б. И. Вейнбергъ (сзади).

Послѣ молебствія по случаю открытія Сибирск. Высш. Женскихъ курсовъ, 26 октября 1910 г.

(Съ фотографіи г. Козлова).


1

Сибирскіе Высшіе Женскіе Курсы, ихъ положеніе, нужды и надежды.
Профессора Н. Ѳ. Кащенко.

26 октября 1910 года, при очень торжественной обстановкѣ, открыты первые въ Сибири высшіе женскіе курсы въ г. Томскѣ, въ составѣ пока одного только естественнаго отдѣленія физико-математическаго факультета. Они названы «Сибирскими» потому, что навѣрно еще въ теченіе долгаго времени останутся единственными въ Сибири. Это можно предвидѣть, такъ какъ, вь силу особыхъ условій, которыя будутъ ясны изъ дальнѣйшаго изложенія, высшіе женскіе курсы могутъ быть открываемы только въ такихъ городахъ, которые имѣютъ или университетъ съ полнымъ составомъ факультетовъ (чего нѣтъ еще и въ Томскѣ), или по крайней мѣрѣ два мужскія высшія учебныя заведенія настолько разнородныя, чтобы получилась возможность черпать изъ нихъ составъ преподавателей если не для всѣхъ, какіе были бы желательны, то по крайней мѣрѣ хотя бы для двухъ—трехъ факультетовъ женскихъ курсовъ.

Трудности предстоящаго дѣла настолько были очевидны еще до открытія курсовъ, что даже нѣкоторые изъ числа вполнѣ сочувствующихъ высшему женскому образованію (и въ томъ числѣ авторъ этой статьи) не вѣрили въ возможность удовлетворительной постановки новаго учебнаго заведенія. Они, однако, должны были присоединиться къ предпріятию тогда, когда вопросъ былъ уже окончательно рѣшенъ. Разъ дѣло было начато, то всякій ему сочувствующій, водей или неволей долженъ былъ ему помогать.

Обстановка курсовъ въ теченіе перваго академическаго года (1910/11) была самая жалкая. Курсы занимали одинъ этажъ частнаго деревяннаго дома. Общій размѣръ и распланировка помѣщенія соотвѣтствовали потребностямъ семьи изъ средняго класса. Всѣхъ комнатъ было семь, причемъ четыре изъ нихъ очень маленькія. Такимъ образомъ, въ помѣщеніи, разсчитанномъ для жизни семьи примѣрно до шести человѣкъ, а съ прислугой, допустимъ, самое большее до десяти, въ теченіе всего дня, а нерѣдко и вечеромъ, непрерывно находилось около 80 человѣкъ однѣхъ слушательницъ, да еще преподавательскій персоналъ и прислуга. Можно себѣ представить, что изъ этого выходило. Помимо разныхъ другихъ затрудненій, обыкновенно являющихся результатомъ тѣсноты, временами дышать было трудно. Приходилось постоянно открывать форточки, а это вело къ простудамъ.

Комната, соотвѣтствующая пріемной частной квартиры, служила аудиторіей. Въ двухъ небольшихъ комнатахъ помѣстились канцелярія и кабинетъ директора. Задняя комната немного побольше, но съ очень плохимъ освѣщеніемъ, служила чайнымъ буфетомъ. Помѣщенія научныхъ кабинетовъ и лабораторій находились въ этой же квартирѣ. Физика и химія совмѣстно занимали комнату въ 4 окна; ботаника и зоологія, тоже совмѣстно, занимали комнату въ 2 окна. Седьмая небольшая комната, какъ проходная, была занята шкафами и громоздкими принадлежностями для лекцій. Кабинетъ минералогическій помѣщался въ служебномъ кабинетѣ директора курсовъ. Анатомія совсѣмъ не имѣла никакого помѣщенія, такъ что кости и другіе препараты постоянно путешествовали изъ одной комнаты въ другую, смотря по тому, гдѣ въ данный моментъ оказывался свободный уголъ. То же самое, впрочемъ, приходилось продѣлывать и со многими другими предметами, необходимыми для занятій. Практическія занятія производились въ аудиторіи, въ которой, для этой цѣли, каждый разъ приходилось производить обширную перестановку мебели. Собственныхъ учебныхъ пособій въ первые нѣсколько мѣсяцевъ курсы не имѣли совершенно никакихъ.


2

Вознагражденіе для преподавателей было установлено на первый годъ въ 100 р. за годовой часъ, для лаборантовъ въ 300 р. за годъ, директору 400 рублей за годъ. Само собою разумѣется, эти нормы даже приблизительно не соотвѣтствуютъ представленію о вознагражденіи административнаго и преподавательскаго персонала въ высшемъ учебномъ заведеніи. Нужно еще принять во вниманіе, что здѣсь дѣло шло не объ обычномъ спокойномъ веденіи уже установившихся занятій, а о налаживаніи всего совсѣмъ заново, что всегда создаетъ массу затрудненій и добавочныхъ работъ.

Причина такой нищеты заключалась въ томъ, что курсы на всѣ свои многообразныя потребности не располагали никакими постоянными средствами, кромѣ того, что ожидали получить отъ своихъ слушательницъ, въ видѣ платы за слушаніе лекцій. Общество для доставленія средствъ курсамъ, при всемъ напряженіи своихъ силъ, ко дню открытія едва собрало 15.000 руб., и всякій понималъ, что собирать такія деньги ежегодно для общества немыслимо. Нужно было, слѣдовательно, разсматривать эти деньги не какъ средства для покрытія текущихъ расходовъ, а какъ запасный фондъ, имѣющій своею цѣлью производство единовременныхъ затрать на приспособленіе помѣщеній, на меблировку, обзаведеніе учебно-вспомогательными пособіями и т. под. Насколько этотъ фондъ могъ считаться достаточнымъ, это видно будетъ изъ упоминаемой далѣе приблизительной смѣты по одной только послѣдней статьѣ. А пока сообщу лишь, что изъ указанной суммы въ 15.000 р. въ первый годъ было израсходовано на мебель около 1.500 р. и 7.500 р. было ассигновано на учебныя пособія (большая часть которыхъ, однако, была получена только къ началу слѣдующаго учебнаго года).

Эта убогость обстановки, явная для всѣхъ, кто мало-мальски этимъ интересовался, дала противникамъ высшаго женскаго образованія поводъ отрицать за курсами всякое серьезное значеніе. Въ одной изъ мѣстныхъ газетъ появилась даже статья какого-то анонимнаго ультра-матеріалиста, привыкшаго, очевидно, все измѣрять и оцѣнивать рублемъ, въ которой доказывалось, что съ такими средствами ничего, кромѣ фальсификаціи науки, выйти не можетъ.

Въ самомъ дѣлѣ, возможно ли было при описанныхъ крайне неблагопріятныхъ условіяхъ вести преподаваніе такимъ образомъ, чтобы оно дѣйствительно соотвѣтствовало представленію о высшей школѣ, а не являлось бы ея суррогатомъ, или даже фальсификаціей? Я думаю, что еслибы это врожденное худосочіе затянулось и сдѣлалось бы хроническимъ, то дѣйствительно можно было бы опасаться крушенія курсовъ, если не въ смыслѣ оффиціальнаго ихъ существованія, то по крайней мѣрѣ въ смыслѣ соотвѣтствія преподаванія достоинству высшаго учебнаго заведенія. Но вѣдь это было только начало. Всѣ лица, такъ или иначе прикосновенныя къ курсамъ, были одушевлены желаніемъ поддержать свое дѣтище. Нашлись люди, согласившіеся работать для данной цѣди независимо отъ размѣровъ вознагражденія, нашлись и такіе, которые несли очень серьезный трудъ совсѣмъ безплатно. Всѣ учебныя пособія заимствовались изъ другихъ мѣстъ. А съ прочими неудобствами мирились, съ полной вѣрой въ лучшія времена.

Результаты были болѣе, чѣмъ утѣшительны. Занятія велись не хуже, чѣмъ въ любомъ высшемъ учебномъ заведеніи. Прилежаніе слушательницъ не оставляло желать ничего лучшаго. Успѣшному ходу занятій, сверхъ того, чрезвычайно содѣйствовало установленіе дружныхъ и довѣрчивыхъ взаимныхъ отношеній между преподавателями, а съ другой стороны простыхъ чисто отеческихъ отношеній между преподавателями и слушательницами. Создалась особая атмосфера. Вступая на женскіе курсы, сейчасъ чувствуешь, что никакихъ постороннихъ задачъ здѣсь нѣтъ, ни у преподавателей, ни у слушательницъ. Есть только одна объединяющая тѣхъ и другихъ забота: дать или получить знаніе. Первый, самый тягостный въ матеріальномъ смыслѣ, періодъ курсы прожили любовью къ дѣлу.

Надежда на лучшее будущее, въ этомъ именно матеріальномъ смыслѣ, улыбнулась намъ уже во второмъ полугодіи перваго учебнаго года. Томское городское управленіе,


3

всегда бывшее очень отзывчивымъ къ культурнымъ задачамъ вообще и къ нуждамъ народнаго образованія въ особенности, не смотря на свое крайне стѣсненное финансовое положеніе, назначило курсамъ на 1911 г. субсидію въ размѣрѣ десяти тысячъ рублей, причемъ само собою подразумѣвалось, что эта субсидія будетъ ежегодной и что она можетъ быть увеличена, въ случаѣ открытія при курсахъ медицинскаго факультета, относительно чего въ городской думѣ были выражаемы настоятельныя пожеланія. Хотя само собою разумѣется, что эта помощь далеко еще не обезпечивала удовлетворенія всѣхъ матеріальныхъ нуждъ курсовъ, но во всякомъ случаѣ это уже была помощь серьезная, а главное — она подавала надежду на болѣе существенную помощь и съ другихъ сторонъ.

Духъ на курсахъ сильно поднялся. Предприняты слѣдующія улучшенія финансоваго свойства. Вознагражденіе лаборантовъ доведено до нормы, а именно до 1200 р. въ годъ для тѣхъ изъ нихъ, которые служатъ только на курсахъ. Тѣ же, которые совмѣщаютъ свои обязанности со службою въ другихъ учрежденіяхъ, получаютъ 600 руб. Затѣмъ было сдѣлано новое ассигнованіе, въ размѣрѣ около 15.000 руб., на обстановку лабораторій, пріобрѣтеніе учебныхъ пособій и научныхъ приборовъ. Помѣщеніе увеличено вчетверо (нужно, впрочемъ, замѣтить, что число слушательницъ со второго года увеличилось въ 2 1/4 раза). Соотвѣтственно этому, существенно увеличены размѣры зоологическаго и ботаническаго (теперь уже разъединенныхъ) кабинетовъ и устроены заново лабораторіи физическая, химическая и минералогическая. Устроена вторая, болѣе помѣстительная, аудиторія и третья, маленькая, для вновь открытаго математическаго отдѣленія. Получила кое-какое помѣщеніе и анатомія. Отведена читальня для курсистокъ и составленъ небольшой запасъ учебныхъ и научныхъ книгъ. Во всѣ помѣщенія проведена вода, газъ и дополнено электрическое освѣщеніе. Въ виду такихъ сравнительно большихъ затратъ, раз-

мѣръ вознагражденія директору и преподавателямъ можно было увеличить только въ полтора раза, что, конечно, еще нельзя считать нормой. Тѣмъ временемъ прибыла значительная часть необходимыхъ для преподаванія учебныхъ приборовъ и пособій.

Благодаря всему этому, второй учебный годъ мы начинали уже съ большей увѣренностью въ прочности дѣла. Помимо преподаванія, поставлены очень недурно и практическія занятія. Среди слушательницъ сорганизовано Общество Любительницъ Естествознанія, съ участіемъ преподавательскаго персонала, которымъ объявлены темы для научныхъ работъ слушательницъ.

Всего на двухъ отдѣленіяхъ у насъ теперь три курса, причемъ на 1-мъ курсѣ естественнаго отдѣленія 103 слушательницы, на 2-мъ — 63 и на первомъ курсѣ математическаго отдѣленія — 23. Составъ слушательницъ перваго года носилъ случайный характеръ. Курсы открылись очень поздно, и о предстоящемъ открытіи заблаговременно ничего достовѣрнаго не было извѣстно. Понятно, поэтому, что болѣе половины слушательницъ были жительницы г. Томска. Пріемъ второго года носитъ другой характеръ и даетъ уже возможность составить себѣ нѣкоторое понятіе о томъ, откуда получаютъ свой контингентъ наши курсы. Оказывается, что изъ 126 слушательницъ пріема 1911 г. (по обоимъ отдѣленіямъ) Томскъ далъ 45; Барнаулъ 12; Красноярскъ — 11; Бійскъ — 5; Иркутскъ и Троицкосавскъ по 4; Петропавловскъ, Семипалатинскъ и Чита по 3; Якутскъ, Енисейскъ, Благовѣщенскъ, Верхнеудинскъ и Ачинскъ по 2; Хабаровскъ, Минусинскъ, Омскъ, Курганъ, Тобольскъ, Тюмень и Новониколаевскъ по 1. Остальныя 19 слушательницъ пріѣхали изъ различныхъ городовъ Европейской Россіи.

Иногороднихъ сибирячекъ, слѣдовательно, 62; въ томъ числѣ изъ Восточной Сибири 34 и изъ Западной 28. Если исключить изъ подсчета Барнаулъ и Бійскъ, какъ города, находящіеся почти подъ однимъ меридіаномъ съ г. Томскомъ, то окажется, что города, расположенные восточнѣе Томска, доставили 34 слушательницы, между тѣмъ какъ города, расположенные западнѣе Томска, доставили всего 11 слушательницъ. Едва ли это можно объяснить однимъ только тѣмъ обстоятельствомъ, что въ


4

западномъ районѣ меньше женскихъ гимназій, чѣмъ въ восточномъ. Скорѣе можно предполагать, что города, расположенные между Европейской Россіей и Томскомъ, находятся какъ бы въ раздумьи. Они еще не выяснили себѣ, куда лучше посылать своихъ дочерей: на западъ или на востокъ. Изъ восточно-сибирскихъ городовъ въ этомъ отношеніи обращаетъ на себя вниманіе только г. Иркутскъ, который по-видимому тоже находится въ раздумьи, такъ какъ трудно допустить, чтобы въ такомъ крупномъ центрѣ, среди окончившихъ курсъ въ его пяти женскихъ гимназіяхъ, нашлось всего четыре пожелавшихъ получить высшее образованіе по тѣмъ спеціальностямъ, какія имѣются на Сиб. Высшихъ Женск. курсахъ. Очевидно, большая часть изъ нихъ ѣдетъ далѣе на западъ, минуя г. Томскъ. Я однако вполнѣ увѣренъ въ томъ, что это положеніе дѣла скоро измѣнится. Познакомившись съ постановкой преподаванія на нашихъ курсахъ, хотя бы черезъ тѣхъ немногихъ иркутянокъ, которыя теперь здѣсь занимаются, абитуріентки иркутскихъ гимназій не станутъ ѣздить такъ далеко.

Изъ всего числа 120 только 9 поступили къ намъ изъ епархіальнаго училища и 2 изъ института; всѣ остальныя — гимназистки. Изъ нихъ 34 окончили семь классовъ и 81 прошли также и восьмой классъ. Что послѣднихъ подавляющее большинство — этому можно только радоваться, такъ какъ, во-первыхъ, онѣ лучше подготовлены, а, во-вторыхъ, тутъ надо принятъ въ разсчетъ еще слѣдующее соображеніе. Восьмой (педеагогическій) классъ женской гимназіи даетъ кое-какія служебныя права. Что же касается юридическаго положенія высшихъ женскихъ курсовъ вообще, то представляемыя ими формальныя права пока еще не вполнѣ выяснены. Впрочемъ вѣдь и не всякая, поступившая на высшіе курсы, можетъ быть вполнѣ увѣрена въ томъ, что она ихъ кончитъ. Желательно поэтому, чтобы всякая дѣвушка, ищущая высшаго образованія, заручилась предварительно дипломомъ восьмого класса. Въ виду какъ перваго, такъ и второго изъ этихъ соображеній, совѣтъ курсовъ постановилъ при пріемѣ отдавать предпочтеніе тѣмъ, которыя прошли восемь классовъ гимназіи. Но при пріемѣ 1911-го года не было практической надобности примѣнить это правило, такъ какъ общее число всѣхъ, желавшихъ поступить, какъ разъ совпало съ намѣченнымъ наибольшимъ числомъ, какое мы могли принять. Наконецъ, по вѣроисповѣданію эти 126 слушательницъ распредѣляются такъ: православнаго 104 (83%), католическаго и лютеранскаго 4 (3%), іудейскаго 18 (14%). Представительницъ другихъ вѣроисповѣданій нѣтъ.

Что касается хода занятій и общаго настроенія, господствующаго на курсахъ, то въ этомъ отношеніи второй годъ существованія ихъ ничѣмъ не отличается отъ перваго. Можно только отъ души пожелать, чтобы и въ будущемъ дѣло шло такимъ же образомъ.

Итакъ, пока все хорошо. Но обезпечено ли будущее нормальное развитіе курсовъ?

Выше было объяснено, насколько улучшилась матеріальная обстановка преподаванія во второмъ году, сравнительно съ первымъ. Но не слѣдуетъ забывать, что вѣдь это только сравнительно. Что будетъ дальше, объ этомъ нужно очень подумать. На нѣсколько грустныя мысли наводитъ прежде всего то обстоятельство, что фактическое полученіе городской субсидіи, такъ насъ окрылившей, оказалось не такимъ простымъ дѣломъ, какъ можно было ожидать. Ассигнованіе въ городской смѣтѣ значится, но денегъ то въ городской кассѣ нѣтъ. Такимъ образомъ, уже идетъ 1912 г., а отъ городской субсидіи на 1911 г. получено менѣе третьей части. Будетъ ли получено остальное и будетъ ли это ассигнованіе повторено въ новой смѣтѣ, объ этомъ судить пока довольно трудно. Между тѣмъ, капиталъ, собранный Обществомъ для доставленія средствъ курсамъ, за первый годъ его существованія, сильно уменьшился, а новые сборы этого общества не могутъ идти даже и въ приблизительное сравненіе съ прежними. Передъ курсами встаетъ, такимъ образомъ, грозный призракъ: обходиться только, или почти только, тѣми средствами, которыя они получаютъ отъ своихъ ученицъ, въ видѣ платы за слушаніе лекцій. Но спрашивается, можетъ ли высшее учебное заведеніе нормально развиваться при такихъ условіяхъ?


5

Для отвѣта на этотъ вопросъ обратимся къ отчетамъ старѣйшаго и пользующагося наилучшей репутаціей высшаго женскаго учебнаго заведенія, именно С.-Петербургскихъ Высшихъ Женскихъ Курсовъ, извѣстныхъ въ публикѣ больше подъ названіемъ Бестужевскихъ курсовъ. Изъ исторической записки Общества для доставленія средствъ этому учрежденію за первое тридцатилѣтіе курсовъ, съ 1878 по 1908 г, видно, что за весь этотъ періодъ курсы получили отъ слушательницъ 1.950.000 р. и отъ Общества для доставленія средствъ около 1.000.000., не считая средствъ на пособія слушательницамъ. Субсидіи изъ другихъ источниковъ сравнительно незначительны. Тѣмъ не менѣе, все же болѣе трети бюджета курсовъ покрывается упомянутымъ Обществомъ и частью другими субсидіями, такъ что Бестужевскіе курсы еще далеко не могутъ считаться существующими на одни только взносы своихъ слушательницъ. Ежегодный бюджетъ курсовъ, въ концѣ указаннаго тридцатилѣтняго періода, составлялъ около 250.000 р., не считая расходовъ на постройки. Но затѣмъ онъ еще возросъ, такъ что послѣдняя годовая смѣта, появившаяся въ печати, именно смѣта на 1910/11 уч. годъ, составляетъ 379.686 р.

Какіе же получаются результаты? На указанный тридцатилѣтній періодъ всего поступило на курсы 12.257 слушательницъ, а окончило курсъ 2795, т. е. менѣе четвертой части. Куда же дѣвались остальныя три четверти? Онѣ разсѣялись, не получивъ того, что искали. Такіе же приблизительно результаты показываютъ и отчеты за послѣдніе годы (я не принимаю въ разсчетъ тревожныхъ лѣтъ 1905-го и ближайшихъ къ нему). Такъ, въ началѣ 1908/9 уч. года всего было 4352 слушательницы; 148 изъ нихъ окончили курсъ, а 581 выбыли по различнымъ другимъ причинамъ, такъ что къ концу учебнаго года оставалось всего 3648. Вслѣдствіе новаго обильнаго пріема, въ началѣ 1909/10 акад. года оказывается вновь 5177; 275 изъ нихъ оканчиваютъ, 915 выбываютъ по другимъ причинамъ, и къ концу года остается 3984. Если высчитать процентъ оканчивающихъ курсъ по отношению къ общему числу всѣхъ наличныхъ слушательницъ даннаго года, то онъ составляетъ въ разные годы отъ 3% до 6%. Было бы очень интересно вычислить, какая часть оканчиваетъ курсъ изъ числа поступившихъ въ извѣстномъ опредѣленномъ году, но, къ сожалѣнію, по тѣмъ даннымъ, которыя я нахожу въ печатныхъ отчетахъ, я не могъ этого выяснить. Такъ какъ, однако, число ежегодно оканчивающихъ курсъ, въ среднемъ, составляетъ четвертую часть всѣхъ оставляющихъ учебное заведеніе въ томъ же году (иногда даже менѣе), то нужно полагать, что и въ послѣдніе годы, какъ и въ предшествующее тридцатилѣтіе, оканчиваетъ курсъ не болѣе одной четвертой части поступившихъ, а остальныя три четверти выбываютъ по различнымъ другимъ причинамъ.

Вотъ этотъ то именно фактъ, что подавляющее большинство поступающихъ выходятъ изъ высшаго учебнаго заведенія, не достигши цѣли, составляетъ крайне печальное явленіе въ нашемъ высшемъ женскомъ образованіи. Что сказали бы о возницѣ, который доставилъ бы по назначенію только четверть ввѣреннаго ему цѣннаго груза, а три четверти его просыпалъ бы по дорогѣ? А вѣдь въ данномъ случаѣ мы имѣемъ именно такое явленіе, съ тою только разницей, что грузомъ здѣсь являются не мануфактурные товары, не хлѣбъ и не золото, а то, что дороже золота,— наши дѣти.

Попытаемся теперь выяснить, въ чемъ заключается причина этого явленія. Чаще всего причиной разсѣиванія учащихся изъ высшихъ учебныхъ заведеній считаютъ малоуспѣшность, вслѣдствіе недостаточной подготовки слушателей. Но къ Бестужевскимъ курсамъ это объясненіе едва ли примѣнимо, такъ какъ, благодаря массѣ желающихъ поступить въ нихъ, эти курсы имѣютъ возможность дѣлать самый тщательный отборъ, принимать только лучшихъ изъ наилучшихъ, и, какъ видно изъ отчетовъ, дѣйствительно пользуются этою возможностью. Бываютъ годы, когда число принятыхъ составляетъ много меньше половины всего числа подавшихъ прошеніе о пріемѣ. Такъ какъ отбираются для пріема, конечно, наилучшія, а непринятыя, очевидно,


6

подготовлены слабѣе и при данныхъ условіяхъ (когда и изъ наилучшихъ оканчиваетъ только четвертая часть) не имѣли бы совсѣмъ шансовъ пройти курсъ съ успѣхомъ, то нужно думать, что еслибы Бестужевскіе курсы принимали всѣхъ желающихъ и имѣющихъ на то право, то изъ числа поступившихъ оканчивала бы не четвертая часть, а только восьмая, отношеніе же числа ежегодно оканчивающихъ къ общему числу всѣхъ наличныхъ слушательницъ даннаго года составляло бы всего отъ 1 1/2% до 3%, вмѣсто теперешнихъ 3%—6%.

Итакъ, эта первая и обычно главная причина въ данномъ случаѣ не можетъ оказать своего вліянія. Затѣмъ, конечно, есть еще много второстепенныхъ причинъ преждевременнаго оставленія курсовъ, какъ болѣзнь, крайняя бѣдность, замужество, почему либо несовмѣстимое съ продолженіемъ занятій на курсахъ, и т. под. Но все это причины частнаго характера, А мнѣ думается, что здѣсь можетъ вліять и еще одна причина, гораздо болѣе важная и притомъ общаго характера, именно недостаточность помѣщенія и другихъ внѣшнихъ условій, необходимыхъ для успѣшности занятіи. Мнѣ не приходилось быть въ зданіи Бестужевскихъ курсовъ, но разсматривая его планы я пришелъ къ большому сомнѣнію относительно возможности вести въ этомъ помѣщеніи занятія удовлетворительно съ такимъ колоссальнымъ числомъ слушательницъ, какое наблюдается на Бестужевскихъ курсахъ въ послѣдніе годы. Какъ ни хорошо и какъ ни обширно само по себѣ это зданіе, но едва ли оно можетъ съ успѣхомъ для дѣла вмѣщать пять тысячъ молодыхъ людей, вмѣстѣ съ научными приборами, коллекціями и вообще со всей, необходимой для работы и разсчитанной по количеству работающихъ, научной обстановкой, если бы даже для надлежащаго оборудованія имѣлись достаточныя средства. А это сомнительно, потому что, хотя бюджетъ курсовъ на первый взглядъ и кажется большимъ, но для такого числа учащихся онъ, очевидно, недостаточенъ. Чтобы убѣдится въ этомъ, стоитъ только общую годовую сумму расходовъ раздѣлить на число учащихся. Тогда увидимъ (по послѣднему печатному отчету за 1909/10 акад. годъ), что на одну слушательницу приходится 63 р. 50 к. Нечего и говорить, что въ университетахъ эта цифра въ нѣсколько разъ выше.

Много принять алчущихъ — нужно имѣть чѣмъ ихъ насытить.

Никто, конечно, не рѣшится упрекнуть Бестужевскіе курсы въ томъ, что они принимаютъ слишкомъ много слушательницъ. Вѣдь до послѣдняго времени другихъ высшихъ женскихъ курсовъ въ Россіи не было, да и теперь ихъ еще далеко не достаточно. Куда же дѣваться ищущимъ знанія? И безъ того, какъ мы видѣли, Бестужевскіе курсы отказываютъ въ пріемѣ приблизительно половинѣ всѣхъ, желающихъ поступить. Но положеніе все таки ненормально, и въ чемъ заключается его причина это не трудно сообразить, если припомнить, что содержаніе высшихъ мужскихъ учебныхъ заведеній обыкновенно производится на счетъ казны, такъ что плата, взимаемая со слушателей, составляетъ только ничтожную долю расходуемыхъ этими учрежденіями денежныхъ суммъ. Чтобы не ходить далеко за примѣрами, достаточно указать хотя бы томскій университетъ, который при общемъ годовомъ бюджетѣ около 600.000 рублей, получаетъ отъ студентовъ едва болѣе 60.000 рублей. Между тѣмъ, женскія высшія учебныя заведенія находятся какъ разъ въ обратномъ положеніи: главнымъ источникомъ ихъ средствъ является плата, взимаемая со слушательницъ; пособія же отъ государства или другихъ учрежденій, по своимъ размѣрамъ, обыкновенно играютъ совершенно второстепенную роль, а то и совсѣмъ отсутствуютъ. Выходитъ, такимъ образомъ, что для улучшенія обстановки преподаванія нужно принимать побольше слушательницъ. А съ другой стороны, чѣмъ больше слушательницъ, тѣмъ труднѣе вести съ ними занятія и тѣмъ меньше знаній каждая изъ нихъ пріобрѣтаетъ. Получается безвыходный кругъ или сказка о бѣломъ бычкѣ, и въ концѣ концовъ много ли или мало принимать все равно, условія для занятій оставляютъ желать многаго, и большая часть слушательницъ должна уходить, не получивъ того, чего онѣ искали.


7

Что количество знаній, получаемыхъ каждымъ учащимся, приблизительно обратно пропорціонально числу учащихся въ данной учебной единицѣ (т. е. примѣрно на одно лицо преподавательскаго персонала, на извѣстный размѣръ помѣщенія, на опредѣленное количество учебныхъ приборовъ и т. д.), это давно извѣстно. Но интересно, что то же самое по-видимому начинаетъ сознаваться и нашими слушательницами. Было нѣсколько случаевъ, когда слушательницы, изъ числа не особенно ограниченныхъ въ своихъ средствахъ, пробывши у насъ одинъ годъ, переходили затѣмъ въ соотвѣтственныя учрежденія Европейской Россіи. Но что же оказалось? Не прошло нѣсколькихъ мѣсяцевъ, какъ онѣ почти всѣ возвратились опять къ намъ.

Благодаря иной финансовой постановкѣ мужскихъ высшихъ учебныхъ заведеній, у нихъ и результаты иные. Ограничиваясь примѣромъ ближе мнѣ знакомаго Томскаго университета, укажу на то, что нашъ университетъ, принимая всѣхъ желающихъ и имѣющихъ на то право, слѣдовательно безъ всякаго отбора, тѣмъ не менѣе ежегодно выпускаетъ отъ 6% до 13,5% общаго числа студентовъ даннаго года. Число оканчивающихъ у насъ курсъ приблизительно равно числу выбывающихъ по другимъ причинамъ и нерѣдко превосходитъ его, такъ что въ общемъ оканчиваетъ курсъ не менѣе половины всѣхъ поступившихъ. Конечно, и это далеко не идеальное положеніе дѣла. Ясно, однако, что если бы томскій университетъ производилъ при пріемѣ такой строгій отборъ наилучшихъ, какой практикуется Бестужевскими курсами, то выходящіе не окончивши курса составляли бы рѣдкое исключеніе, какъ это по настоящему и должно бы быть.

Итакъ, мнѣ думается, что высшее учебное заведеніе, поставленное въ необходимость вести дѣло только на взносы своихъ слушателей, не можетъ обезпечить большинству изъ нихъ полученіе надлежащихъ знаній. Но вѣдь я для примѣра взялъ С.-Петербургскіе высшіе женскіе курсы, поставленные во многихъ отношеніяхъ въ наилучшія условія и въ добавокъ получающіе хотя третью часть своего бюджета со стороны. Что же будетъ съ Томскими курсами, если они цѣликомъ должны будутъ существовать на одни взносы слушательницъ? А это возможно, если только настоящая моя статья останется гласомъ вопіющаго въ пустынѣ, такъ какъ на существенную поддержку мѣстнаго Общества для доставленія средствъ курсамъ разсчитывать трудно. Оно ни въ какомъ отношеніи не можетъ идти въ сравненіе съ соотвѣтствующимъ Петербургскимъ Обществомъ, гдѣ принимаютъ участіе многія очень состоятельныя и очень вліятельныя лица и куда стекаются денежныя средства со всей Россіи. Если судить по второму году дѣятельности нашего общества, то нужно полагать, что ежегодная съ его стороны помощь курсамъ едва-ли превыситъ 3.000—5.000 р., а такая сумма не можетъ существенно видоизмѣнить бюджетъ курсовъ.

Въ прошломъ году совѣтъ нашихъ курсовъ затратилъ, между прочимъ, значительное количество времени на составленіе смѣты полнаго оборудованія кабинетовъ и лабораторій одного имѣвшагося тогда естественнаго отдѣленія физико-математическаго факультета. Вооружившись наибольшей скромностью и отбросивъ всякое сравненіе съ мужскими высшими учебными заведеніями, при возможныхъ урѣзкахъ и сокращеніяхъ требованій отдѣльныхъ представителей кафедръ, едва удалось уложить эту смѣту въ круглую сумму 100.000 руб. Для медицинскаго факультета, открытіе котораго является одной изъ настоятельнѣйшихъ нуждъ Сибири, понадобится, конечно, не меньше. Библіотека для всѣхъ спеціальностей потребуетъ не одинъ десятокъ тысячъ рублей. Затѣмъ необходимо же подумать о зданіи для курсовъ. Въ настоящее время они помѣщаются въ двухъ частныхъ непосредственно другъ съ другомъ связанныхъ двухъэтажныхъ домахъ, изъ которыхъ одинъ каменный и одинъ деревянный. Каменный домъ выстроенъ на живую нитку, въ теченіе прошлаго лѣта, и немедленно занятъ, хотя помѣщеніе въ началѣ было настолько сыро, что въ немъ страшно было держать научные приборы съ металлическими частями. Въ деревянномъ домѣ, гдѣ между прочимъ помѣщаются аудиторіи, хотя и просторнѣе, чѣмъ въ первый годъ, но только сравнительно. Все таки это не мѣшаетъ нѣкоторымъ курсисткамъ


8

иногда терять сознаніе во время лекцій, вслѣдствіе духоты. Впрочемъ, то же самое еще чаще случается въ химической лабораторіи, помѣщающейся въ каменномъ домѣ.

Еще гораздо хуже опасность отъ пожара. Хотя имущество курсовъ страхуется, но развѣ возможно, въ случаѣ несчастья, даже при деньгахъ, немедленно возстановить утраченное? Несомнѣнно, при такихъ условіяхъ курсамъ постоянно грозитъ опасность внезапно оказаться совершенно въ такомъ состояніи, съ какого они начали. Между тѣмъ, на постройку спеціально для курсовъ приспособленнаго зданія пока имѣются только особо для данной цѣли пожертвованныя 3000 р. да ежемѣсячныя отчисленія, добровольно дѣлаемыя преподавателями изъ своего вознагражденія. Необходимый на постройку капиталъ, нужно надѣяться, составится этимъ способомъ лѣтъ черезъ сто. Жаль только, что къ тому времени сумма, которая теперь кажется достаточной, окажется слишкомъ малой, такъ что нашимъ правнукамъ придется отложить постройку снова на столѣтіе.

Но, пожалуй, даже и это еще не самая худшая сторона дѣла. Хотя и тяжелы матеріальныя лишенія, но, какъ показалъ уже первый годъ существованія курсовъ, съ ними иной разъ можно все же бороться успѣшно, если только есть подходящіе преподаватели. А для дальнѣйшаго развитія курсовъ преподавателей положительно не хватаетъ. Дѣло въ томъ, что донынѣ курсы не имѣютъ ни одного преподавателя такого, который принадлежалъ бы только имъ. Весь составъ принадлежитъ или университету, или технологическому институту, на курсахъ же этотъ составъ работаетъ между прочимъ. Нужно прибавить, что нѣкоторые преподаватели еще до открытія В. Ж. курсовъ имѣли, помимо своего основного мѣста службы, еще добавочныя платныя занятія въ различныхъ другихъ учрежденіяхъ. Что же изъ этого получается? То, что многіе изъ преподавательскаго персонала курсовъ занимаютъ три-четыре должности одновременно, а есть два такія лица, которыя занимаютъ отъ пяти до шести должностей каждое. Справедливость требуетъ признать, что именно эти два лица особенно трудоспособны и ревностны въ исполненіи своихъ обязанностей. Тѣмъ не менѣе, все же каждый понимаетъ, что если отдать свое время и свою душу одной должности, то эта должность будетъ замѣщена цѣлымъ человѣкомъ. На нашихъ же курсахъ всѣ преподавательскія должности замѣщены дробями: въ лучшемъ случаѣ половиной человѣка, а въ худшемъ — одной шестой частью человѣка. Все, что сказано здѣсь о преподавателяхъ, относится почти цѣликомъ и къ помощникамъ (лаборантамъ), такъ какъ большинство изъ нихъ тоже представляютъ собою человѣческія дроби.

Но всякій ли согласится дробиться на доли, чтобы удѣлить женскимъ курсамъ частицу своей души? Конечно, нѣтъ. Принципіально вѣдь это вовсе не одобрительно, и если дѣлается многими, такъ только вслѣдствіе сознанія настоятельной необходимости кому-нибудь взять на себя эту тяготу, а больше некому. Подборъ спеціалистовъ въ Томскѣ вѣдь очень ограниченъ, и выбирать часто не изъ кого. Естественно поэтому, что иной разъ возникаютъ большія затрудненія при отысканіи преподавателя на ту или другую спеціальность. Даже теперь, всего только на второй годъ существованія курсовъ, приходится иной разъ приглашать преподавателями такихъ лицъ, которыя еще не имѣютъ ученой степени. По существу, ошибки не сдѣлано, такъ какъ пока приглашались только настоящіе молодые ученые, вполнѣ подготовленные и извѣстные своимъ преподавательскимъ талантомъ. Притомъ же нужно имѣть въ виду, что подобнаго рода исключенія иногда допускаются и въ университетахъ. Здѣсь опасность только въ томъ, какъ бы, въ виду скудости средствъ, этотъ способъ замѣщенія вакансій не сдѣлался обычнымъ на курсахъ. Если бы дѣйствительно обстоятельства сложились такимъ образомъ, то спрашивается, чѣмъ собственно будетъ отличаться преподавательскій персоналъ Высшихъ Женскихъ курсовъ отъ преподавательскаго персонала среднихъ учебныхъ заведеній, и будетъ ли преподаваніе сохранять тотъ строго научный и спеціальный характеръ, который характеризуетъ высшее учебное заведеніе?


9

Для предотвращенія такого паденія есть только одинъ способъ: въ случаѣ недостатка свободныхъ ученыхъ на мѣстѣ, приглашать ихъ со стороны, изъ другихъ городовъ, какъ это всегда и дѣлаютъ мужскія высшія учебныя заведенія. Но лицо, приглашенное со стороны, спеціально для женскихъ курсовъ, нужно же и обезпечить. Часовой нормой не только въ 150 р., но даже и въ двойномъ размѣрѣ, такой ученый не всегда можетъ удовлетвориться, такъ какъ, подобнаго рода нормы подходятъ только для лицъ, уже болѣе или менѣе обезпеченныхъ службой въ другомъ мѣстѣ. О томъ же, чтобы дать настоящее содержаніе, какъ въ правительственныхъ мужскихъ высшихъ учебныхъ заведеніяхъ, наши курсы, при нынѣшнихъ условіяхъ ихъ существованія, не могутъ и мечтать. Въ этихъ затрудненіяхъ при замѣщеніи преподавательскихъ вакансій и заключается главнѣйшая опасность для нашихъ курсовъ, которой всего болѣе приходится страшиться.

Итакъ, при очень недурномъ началѣ, курсамъ все таки грозятъ разнообразныя и очень серьезныя опасности въ близкомъ будущемъ, если только не измѣнится ихъ финансовое положеніе. Что же сдѣлано донынѣ Сибирью для курсовъ?

Несомнѣнно, вѣсть объ открытіи высшихъ женскихъ курсовъ въ Томскѣ вызвала большую радость среди сибирскаго общества и неподдѣльную готовность помочь этому дѣлу. Тѣ пятнадцать тысячъ, о которыхъ упоминалось выше, собраны мелочами, а это показываетъ, что живое участіе въ судьбѣ курсовъ приняли многія лица. Примѣрно до двадцати тысячъ человѣкъ, прямо или косвенно, внесло сюда свою лепту. Это, конечно, очень утѣшительно, но все же... средствъ то нѣтъ. Мужскія высшія учебныя заведенія и въ этомъ отношеніи находятся въ выигрышномъ положеніи. Не смотря на то, что существованіе ихъ обыкновенно обезпечивается казной, однако находятся и частные крупные жертвователи, дающіе для этой цѣли сотни тысячъ. Дѣло популяризаціи научныхъ свѣдѣній среди широкихъ народныхъ массъ, хотя и рѣже, но также находитъ своихъ крупныхъ жертвователей. Необходимость же высшаго женскаго образованія, очевидно, еще не обратила на себя вниманія крупныхъ сибирскихъ капиталистовъ, такъ какъ никто изъ нихъ пока не оказалъ курсамъ существенной поддержки.

Казалось бы, города сибирскіе должны бы обезпечить это дѣло. Но большая часть изъ нихъ благоразумно воздержалась. Другіе нашли нужнымъ поддержать высшее женское образованіе тѣмъ, что взяли членскіе билеты Общества для доставленія средствъ, стоющіе 5 руб., а нѣкоторые, въ высокомъ порывѣ душевнаго энтузіазма, дошли до такой расточительности, что даже удвоили этотъ взносъ и тѣмъ обязались оказывать курсамъ ежегодную субсидію въ размѣрѣ цѣлыхъ десяти рублей. Это наивысшій размѣръ ежегодной субсидіи, обѣщанной курсамъ сибирскимъ городомъ, помимо, конечно, города Томска! Нѣкоторыя общества, клубы, корпораціи служащихъ и тому подобныя частныя коллегіи тоже обѣщали ежегодную поддержку. Однако, общая сумма ежегодныхъ субсидій, обѣщанныя курсамъ всей Сибирью (кромѣ Томска), не превосходитъ 250 р. Конечно, даже и такая помощь имѣетъ свое значеніе, но главнымъ образомъ нравственное, какъ знакъ того, что о курсахъ по крайней мѣрѣ помнятъ. Что же касается того, какое матеріальное значеніе можетъ имѣть эта сумма, то объ этомъ не трудно судить на основаніи изложенныхъ выше данныхъ. Вообще, сравнительно болѣе существенную поддержку курсамъ пока оказывали единовременныя пожертвованія и сборы отъ вечеровъ, спектаклей, концертовъ, выставокъ, базаровъ, публичныхъ лекцій и тому подобныхъ предпріятій. Но можно ли на однихъ случайныхъ поступленіяхъ строить постоянный бюджетъ высшаго учебнаго заведенія?

Быть можетъ, нѣкоторые скажутъ, что я слишкомъ преувеличиваю значеніе денежныхъ средствъ для высшаго образованія, такъ какъ далеко не всегда успѣшность преподаванія находится въ прямомъ отношеніи съ размѣромъ расходуемыхъ на данное учебное заведеніе суммъ. Да, конечно, послѣднее совершенно вѣрно, и мнѣ самому неоднократно приходилось, при подходящихъ обстоятельствахъ, указывать на


10

этотъ фактъ. Но все же есть извѣстныя предѣльныя нормы, ниже которыхъ нельзя спускаться безъ вреда для дѣла.

Нужно замѣтить, что по-видимому не для всѣхъ, заинтересованныхъ курсами, ясна разница между помощью курсамъ и помощью курсисткамъ. Въ предшествующемъ изложеніи я имѣлъ въ виду интересы курсовъ, какъ образовательнаго и научнаго учрежденія, но пока совсѣмъ не затронулъ вопроса о матеріальномъ положеніи курсистокъ. Какъ это ни печально, однако нужно сознаться, что ихъ положеніе далеко не всегда можетъ считаться удовлетворительнымъ, Любовь къ знанію не обязательно связывается съ наличностью матеріальныхъ средствъ. Многія совсѣмъ бѣдныя дѣвушки тянутся къ высшему образованію, какъ чахлое растеніе къ свѣту. Иной разъ не имѣя, чѣмъ жить, онѣ все же хотятъ учиться. Въ результатѣ получаются довольно частыя совмѣстительства между пребываніемъ на курсахъ и какой либо службой, дающей заработокъ. Но если совмѣстительство у преподавателей представляетъ собою нѣчто только терпимое, хотя и совершенно нежелательное, то это же явленіе для курсистокъ должно считаться уже безусловно вреднымъ, такъ какъ необходимыя для успѣшнаго прохожденія курса занятія отнимаютъ рѣшительно все время, и занятія постороннія во всякомъ случаѣ предрѣшаютъ собою неуспѣшность занятій учебныхъ, по крайней мѣрѣ неуспѣшность по существу, хотя бы изъ снисходительности иной разъ такимъ лицамъ и ставились удовлетворительныя отмѣтки.

Можно, конечно, спросить, зачѣмъ же администрація курсовъ допускаетъ подобнаго рода совмѣстительство? Но, во первыхъ, рѣшеніе не допускать носило бы преимущественно платоническій характеръ, такъ какъ на дѣлѣ невозможно услѣдить за всѣми посторонними занятіями. Во вторыхъ, можно ли требовать, отъ курсовъ, чтобы они выбрасывали изъ своей среды дѣвушекъ, дѣйствительно желающихъ учиться и выполнившихъ всѣ условія пріема, но виновныхъ только въ томъ, что онѣ бѣдны? Легко устанавливать теоретическія правила, но трудно примѣнять ихъ, если они связаны съ жестокостью. Приходится мириться съ этимъ очень печальнымъ явленіемъ въ той надеждѣ, что натуры исключительныя справятся со всѣми затрудненіями, а заурядныя скоро убѣдятся, что взяли себѣ задачу не по силамъ, и сами оставятъ курсы. Къ несчастью, однако, все же много горя и душевныхъ страданій причиняетъ эта погоня за двумя зайцами, и, какъ и въ другихъ мѣстахъ, дѣло не обходится безъ жертвъ.

Такимъ образомъ, необходима помощь и курсамъ, и курсисткамъ. Та и другая задачи по существу совершенно различны: первая преслѣдуетъ научную цѣль, вторая представляетъ собою дѣло чисто благотворительное. На практикѣ, однако, эти двѣ задачи взаимно переплетаются и одна другую дополняютъ. Средства, доставляемыя бѣднымъ слушательницамъ, помогаютъ отчасти и курсамъ, такъ какъ ихъ бюджетъ пока держится почти исключительно на взносахъ слушательницъ за лекціи. Наоборотъ, средства, доставляемыя курсамъ, какъ учебному заведенію, несомнѣнно отразятся не только на основательности подготовки слушательницъ, но и на ихъ матеріальномъ положеніи, прежде всего уже потому, что откроютъ возможность самыхъ бѣдныхъ освобождать отъ платы, а затѣмъ и вообще понизить взимаемую нынѣ съ нихъ плату. Дѣйствительно, установленный въ началѣ размѣръ ея въ 125 р. нельзя не признать слишкомъ высокимъ не только для бѣдныхъ въ собственномъ смыслѣ слова, но и для людей съ ограниченными средствами, которыхъ здѣсь подавляющее большинство, какъ впрочемъ и во всѣхъ учебныхъ заведеніяхъ.

Для помощи курсамъ уже въ теченіе около двухъ лѣтъ существуетъ въ Томскѣ Общество Доставленія Средствъ курсамъ, для помощи же слушательницамъ на дняхъ открывается Общество Вспомоществованія Слушательницамъ курсовъ. Средства, доставляемыя изъ другихъ городовъ, направляются или въ одно изъ этихъ обществъ (смотря по цѣли сбора), или прямо на имя директора курсовъ. На практикѣ это почти безразлично, такъ какъ Совѣтъ курсовъ дѣлаетъ присылаемымъ деньгамъ то


11

употребленіе, какое указано лицомъ, ихъ приславшимъ. Нельзя не пожелать, чтобы во всѣхъ сибирскихъ городахъ открылись отдѣленія названныхъ выше обществъ.

Но Боже, сколько усилій нужно, значитъ, употребить на поддержаніе курсовъ! Стоятъ ли они того? Не прихоть ли это кучки безпокойныхъ интеллигентовъ, которые «вѣчно что-нибудь выдумываютъ»? Есть ли дѣйствительная, чисто практическая надобность въ курсахъ?

Нужно сознаться, что въ нѣкоторыхъ кругахъ курсы встрѣчаютъ не только холодность, но даже и прямо враждебное отношеніе. Причины этой вражды бываютъ различны и входить въ ихъ разсмотрѣніе я не стану, такъ какъ это было бы безполезно. Переубѣдить людей, уже напередъ настроенныхъ по отношенію къ курсамъ недружелюбно, я не имѣю надежды. Попытаюсь, однако, высказать кое-какія соображенія, которыя, быть можетъ, окажутъ нѣкоторое вліяніе на людей не враждебно настроенныхъ, а просто еще не заинтересовавшихся курсами.

Не буду останавливаться на истинахъ несомнѣнныхъ, но уже достаточно всѣмъ извѣстныхъ, и потому не стану говорить о томъ, какое вліяніе на семью оказываетъ женщина съ широкимъ кругозоромъ и насколько могутъ пригодиться ея спеціальныя свѣдѣнія какъ для воспитанія собственныхъ дѣтей, такъ и для матеріальнаго благосостоянія семьи, въ случаѣ необходимости посторонняго заработка. Это интересы, такъ сказать, частные. Я же хочу остановиться, главнымъ образомъ, на интересахъ общественныхъ и государственныхъ.

Въ теченіе всего времени моего пребыванія въ Томскѣ (а оно продолжается, безъ малаго, уже четверть вѣка) мнѣ постоянно приходилось и приходится слышать о крайнемъ недостаткѣ здѣсь вполнѣ подготовленныхъ преподавателей и преподавательницъ въ среднихъ учебныхъ заведеніяхъ. Но это въ Томскѣ, играющемъ несомнѣнно роль главнаго просвѣтительнаго центра для всей Сибири. Сюда сравнительно охотнѣе ѣдутъ и изъ Европейской Россіи кандидаты на учительскія должности, и тѣмъ не менѣе недостатокъ ихъ чувствуется постоянно. Что же дѣлается въ другихъ городахъ, особенно небольшихъ и удаленныхъ отъ желѣзной дороги? Страдать, конечно, приходится дѣтямъ, а вмѣстѣ съ ними и ихъ родителямъ. Высшіе женскіе курсы, даже въ теперешнемъ ихъ неполномъ составѣ, несомнѣнно устранятъ эту вопіющую нужду по крайнѣй мѣрѣ по четыремъ спеціальностямъ: по естественной исторіи, физикѣ, географіи и математикѣ. Нечего и говорить о томъ, насколько было бы желательно усилить кадръ преподавательницъ также по исторіи, словесности и лингвистикѣ. Но, къ сожалѣнію, открытіе историко-филологическаго факультета при женскихъ курсахъ, ранѣе открытія его при мѣстномъ университетѣ, представляетъ значительныя финансовыя затрудненія, такъ какъ по этимъ спеціальностямъ курсамъ придется имѣть исключительно собственныхъ преподавателей, приглашенныхъ изъ другихъ городовъ.

Съ другой стороны, не менѣе вопіющая нужда наблюдается также сибирскимъ населеніемъ во врачахъ. Одинъ медицинскій факультетъ Томскаго университета не въ силахъ удовлетворить эту нужду, къ которой до такой степени уже привыкли, что по нѣкоторымъ вѣдомствамъ вошло въ обычай назначать одного врача на два медицинскіе участка. Врачи противъ этого ничего не имѣютъ, потому что завѣдываніе двумя участками связано съ увеличеніемъ содержанія. Но довольно ли такимъ положеніемъ дѣла населеніе этихъ участковъ — я думаю, объ этомъ нѣтъ надобности и спрашивать. Здѣсь получается такое же замѣщеніе должностей не цѣлыми людьми, а дробями, какое мы частенько встрѣчаемъ въ педагогическомъ мірѣ (и не одного только г. Томска), но съ результатами еще худшими, потому что потребность въ обученіи, худо ли, хорошо ли, все таки можетъ быть распредѣлена по часамъ, чего нельзя сдѣлать съ потребностью во врачеваніи. Да и перемѣщеніе дробныхъ людей не такъ легко гдѣ-нибудь въ уѣздѣ или на линіи желѣзной дороги, какъ въ предѣлахъ, города.


12

Кромѣ того, нельзя упускать изъ виду, что женщины-врачи не только численно увеличиваютъ собою медицинскій персоналъ данной мѣстности, но и удовлетворяютъ совсѣмъ особой потребности во врачахъ именно женщинахъ, а не вообще въ какомъ-нибудь врачѣ. Дѣло въ томъ, что больная женщина далеко не всегда обратится такъ охотно къ врачу мужчинѣ, какъ къ женщинѣ. Въ особенности это нужно сказать о магометанахъ и вообще о мѣстномъ инородческомъ населеніи. А разныхъ инородцевъ въ Сибири, какъ извѣстно, очень много. Въ качествѣ врачей при женскихъ учебныхъ заведеніяхъ, во всякомъ случаѣ, женщины гораздо болѣе на мѣстѣ, чѣмъ мужчины. Да и вообще, какъ дѣтскіе врачи, женщины, думается мнѣ, должны имѣть преимущество передъ мужчинами.

Объ открытіи медицинскаго факультета при Сибирскихъ Высш. Женскихъ курсахъ уже возбуждался вопросъ въ прошломъ году, въ соединенномъ засѣданіи Совѣта курсовъ и Комитета Общества для доставленія средствъ. Всѣ очень желаютъ этого, но .......все же не рѣшились, изъ опасенія матеріальныхъ затрудненій. Однако, тѣмъ или другимъ путемъ, само собою разумѣется, что при первой же возможности эта жгучая потребность будетъ удовлетворена. Какъ бы кто ни относился къ дѣятельности женщины на служебномъ поприщѣ, но пригодность ея по крайней мѣрѣ для этихъ двухъ дѣлъ — для преподаванія и врачеванія — едва ли можетъ кѣмъ либо серьезно оспариваться.

Есть и еще одна область, въ которой высшіе женскіе курсы навѣрно сыграютъ видную роль даже въ ихъ нынѣшнемъ неполномъ составѣ. Я подразумѣваю дѣло изслѣдованія Сибири въ естественно-историческомъ отношеніи. Какъ извѣстно, со времени открытія въ Томскѣ университета, а затѣмъ и технологическаго института, въ этомъ отношеніи уже довольно много сдѣлано, но сдѣлано почти исключительно персоналомъ естественно-историческихъ кафедръ этихъ двухъ научно-учебныхъ заведеній, питомцы же ихъ не могли пока принять въ этомъ дѣлѣ сколько-нибудь виднаго участія, не по недостатку желанія, а просто потому, что всѣ они выходятъ или врачами, или юристами, или инженерами. Хотя представители естественно-историческихъ спеціальностей имѣются при томскихъ мужскихъ высшихъ учебныхъ заведеніяхъ, но нѣтъ въ университетѣ ни физико-математическаго факультета, ни хотя бы одного его естественнаго отдѣленія, а потому натуралистовъ университетъ не выпускаетъ. Изъ медиковъ же только очень немногія отдѣльныя лица заинтересовываются естествознаніемъ настолько, чтобы работать спеціально въ одной изъ его отраслей. То же самое относится и къ инженерамъ. Да и вообще такого рода примѣры, чтобы изъ оффиціальнаго представителя какой либо прикладной науки вышелъ чистый натуралистъ, хотя и бываютъ, но лишь въ видѣ рѣдкаго исключенія.

Совсѣмъ въ другомъ положеніи находятся слушательницы естественнаго отдѣленія Высшихъ Женскихъ курсовъ. Онѣ спеціально изучаютъ естествознаніе. Въ этомъ ихъ цѣль и призваніе. Можно ли сомнѣваться поэтому, что по окончаніи курса очень многія изъ нихъ займутся приложеніемъ на практикѣ полученныхъ ими свѣдѣній? Сибирская природа будетъ получать постоянный притокъ вполнѣ подготовленныхъ изслѣдовательницъ, и передъ глазами нашихъ потомковъ откроются многія ея тайны. Вмѣстѣ съ тѣмъ откроются новые способы использованія ея даровъ и новыя области приложенія народнаго труда.

Итакъ, я обращаюсь къ сибирскимъ городамъ, общественнымъ организаціямъ и къ отдѣльнымъ сибирякамъ и сибирячкамъ съ просьбой о поддержкѣ Сибирскихъ Высшихъ Женскихъ курсовъ. Они уже созданы и дѣйствуютъ хорошо, но будущность ихъ зависитъ отъ васъ.

Я совершенно убѣжденъ въ томъ, что это воззваніе не останется безъ отзвука. Несомнѣнно, многіе относились холодно къ курсамъ только потому, что не были достаточно знакомы ни съ ихъ задачами, ни съ постановкой дѣла, ни съ потребностями, ни съ матеріальнымъ ихъ положеніемъ.

Деревянный и каменный дома, занимаемые С. В. Ж. курсами въ 1911/12 уч. году.

(Съ фотогр. г. Трубина).

Въ 1910/11 г. курсы помѣщались въ одномъ верхнемъ этажѣ ближайшаго къ зрителю (деревяннаго) дома.

Проф. В. П. Саввинъ, вновь избранный директоромъ курсовъ.

Лекція по анатоміи.

Проф. Н. Ѳ. Кащенко.

Практическія занятія въ зоологическомъ кабинетѣ курсовъ. (Съ фотогр. г. Трубина).

А. Ѳ. Семеновъ (лаборантъ).

Сзади два служителя.

Практическія занятія въ ботаническомъ кабинетѣ курсовъ. (Съ фотогр. г. Козлова).

Цѣна 20 коп.

Вся выручка поступитъ въ пользу Сибирскихъ Высшихъ Женскихъ Курсовъ.


Профессоръ Н. Ѳ. Кащенко. Сибирскіе Высшіе женскіе курсы, ихъ положеніе, нужды и надежды. Томскъ. Типо-литографія Сибирскаго Т-ва печатнаго дѣла, уг. Дворянской ул. и Ямского пер., соб. д. 1912.
© Н. Ѳ. Кащенко 1912
© сетевая версия - Борис Алексеев 2014


Домой greg20111 abv boris Форум Архив форума Блог SQL-Базы DSO-базы Гено-базы Проекты Статьи Документы Книги Чат Письмо автору Система Orphus

СчетчикиПомощь / Donate
Рейтинг@Mail.ru


R221761093948
Z842053966555


PayPal


Комментарии приветствуются webmaster@personalhistory.ru.
© 2014 Борис Алексеев. Использование, иное, чем для персональных образовательных целей, требует согласования.
Последнее изменение 06.09.2014 11:17:49